Семь бед и змеиный завет - Дарья Акулова

Глава 16. Обвал

Я просыпаюсь от тяжёлых стонов Айдара во сне. И не только я. Нурай тоже разбудил этот шум. Айдар не даёт всем нормально спать последние несколько ночей. То разговаривает на непонятном нам языке, то я нахожу его уже неспящим и мрачно сидящим у огня. Но сегодня ещё хуже. Арлан растерянно сидит рядом с ним на коленях. Я с громко стучащим сердцем подбегаю к ним. Лицо друга исказилось в гримасе страдания. Трепещут веки, а глазные яблоки под ними вращаются, не переставая. Он цепляется за свои руки. Волосы влажные от пота, лоб мокрый. Прикасаюсь к нему.

– У него жар, – испуганно говорю я.

– И бредит, – присоединяется Нурай.

– Всех разбудил, а сам никак, – сердито говорит Арлан.

Айдара трясёт. Мне страшно. Он мог где-то подхватить болезнь? Или просто простыть под дождём? Или это злой жын62 овладел его телом? Я кладу ладони на его влажное лицо, обнимая, и зову:

– Айдар. Айдар, проснись!

– Он не слышит тебя. Айдар! – ещё громче кричит Волк.

Я снова обращаю внимание на его руки, закатываю один рукав и ужасаюсь: красные пятна на коже, что я видела, кровоточат. А вокруг следы от ногтей.

– Ерлик тебя побери, Айдар! – злится Арлан. – Проснись немедленно!

Он хватает его за плечи и трясёт. Не помогает.

– Айдар!

Мы уже все садимся рядом и по очереди зовём, щипаем и дёргаем, лишь бы он проснулся.

– Не трогайте меня, – вдруг еле слышно произносит Айдар.

– Не трогать?! О, я буду тебя трогать. Ещё как!

Арлан влепляет ему пощёчину, от которой я вскрикиваю, но друг просыпается.

– Какого… – Он стонет, берётся за лицо и пытается встать, быстро моргая.

Арлан напряжённо выдыхает, но отпускает его, давая пространство оклематься. А я напротив кидаюсь к нему.

– Слава Тенгри, Айдар! – Я хватаю его лицо, пытаясь заглянуть в глаза и убедиться, что всё хорошо. – Мы так переживали! Айдар, скажи что-нибудь!

Взгляд его затуманен. Он будто не здесь. Держится за голову и тяжело дышит, а потом вдруг, глядя прямо на меня, грозно говорит:

– Я в порядке.

Затем встаёт, отталкивая меня.

– Куда ты уходишь? Стой!

– Я же сказал, что в порядке, – огрызается он.

– Ты не в порядке, брат, – выступает вперёд Арлан. – Ты бредил.

– Просто кошмар.

– Что за кошмар такой, что ты исцарапал себя до крови, – хмурится Нурай.

Айдар поспешно поправляет рукава и всё равно разворачивается и уходит к воде. От бессилия и злости мне хочется плакать.

– Это уже слишком. – Арлан поправляет саблю на поясе и закатывает рукава. – Я поговорю с ним.

– Он никого не слушает, с чего ты решил, что тебя он услышит? – усмехается Нурай.

– Надеюсь, что услышит.

Это прозвучало слишком мрачно, что в голову закрадывается скользкая мысль.

– Только не бей его, – тихо прошу я, вцепившись в него.

– Если нужно будет, ударю, – бросив слова в мою сторону, говорит Арлан.

Он ждёт, пока я отпущу его, и выглядит хладнокровным и расслабленным, но в голосе Волка я слышу жёсткость, от которой не по себе. Мне не хочется оставлять их наедине. Все эти несколько недель, что мы путешествуем вместе, их отношения нельзя было назвать дружескими. Но если Айдар и дальше будет так себя вести, я сойду с ума. Меня он не слушает. Поэтому заставляю пальцы ослабить хватку, но тело порывается идти вслед за ним.

Арлан возвращается спустя полчаса. Я с надеждой пытаюсь заглянуть ему в глаза, но он смотрит мимо.

– Ну что? – спрашиваю.

– Цел твой Беркут, – сквозь зубы говорит он.

– Где он?

– Остался там.

– Услышал тебя?

Арлан только недовольно рычит, скидывая пояс на землю. Нурай хмыкает.

– Не знаю, когда он вернётся, придётся вместо него дежурить. Змейка, ты как?

– Погано, – бросаю я.

– На твоём месте я бы просто не обращала внимание, – фыркает Нурай. – Не хочет ничего говорить, ну и гуй с ним. Ишь какой нежный, трупов никогда не видел…

– Замолкни, Нурай, – шикает на неё Арлан.

– Подумаешь. – Она равнодушно пожимает плечами и ложится снова спать на своё место.

А у меня сна ни в одном глазу. Я сажусь у огня, обняв колени и положив на них сверху голову. Арлан садится рядом, подбросив веток в костёр.

– Если хочешь, поспи, я всё равно теперь не усну до утра – подежурю, – вздыхаю я.

– Глупости, как же ты днём будешь тренироваться, если не выспишься?

Я ничего не отвечаю, не могу оторвать глаз от танцующих язычков пламени. Почему он так поступает со мной? Отталкивает при каждой моей попытке помочь ему. Невыносимо обидно. Мы же друзья с детства. Он же хотел взять меня в жёны. Это точно из-за моей чешуи!

На плечи ложится тёплая тяжесть. Это отрывает меня от размышлений. Арлан, накинувший мне на плечи шапан, снова садится рядом, чуть касаясь своим плечом моего.

– Ночь какая-то ветренная, – задумчиво произносит он.

Действительно. А Айдар ушёл на берег, где дует ещё сильней. Борюсь с желанием броситься за ним прямо сейчас. Хотя может, Нурай права: если человек не просит помощи и не желает говорить, стоит ли вообще к нему лезть? Устало потираю глаза.

– Я уверен, что всё наладится, – говорит Арлан.

– Спасибо, – тихо говорю я, хотя уже ни капли в это не верю.

– Можем поговорить о чём-нибудь. Или просто молчать. Как хочешь.

Я удивлённо смотрю на него.

– Кто ты и куда дел угрюмого Волка? – спрашиваю, пытаясь пошутить, и это работает: уголок его губ немного приподнимается.

– По-твоему я угрюмый?

– Будто сам не знаешь. Мне было страшно с тобой заговаривать первое время.

– А сейчас?

– Привыкла, наверное. А может, на самом деле ты и не такой угрюмый, просто хочешь таким казаться?

– Может, – отвечает он.

Я не вижу его лица, но чувствую его рядом телом.

Так. В какой момент я прислонилась к нему плечом и почти легла? Стыдоба-то какая! Но Арлан не двигается.

Это же пустяк, мы ведь просто сидим рядом, это ничего не значит. Мне просто так будет легче.

Позволил? Хорошо. Не обратил внимания? Ещё лучше. Прикрываю глаза. Грусть не скребёт глотку. Мне почему-то чуть легче.

– Расскажи что-нибудь, – тихо прошу я.

– О чём?

– Когда вы силой затащили меня в Арал, я видела у тебя на плече рисунок. Что это?

– Вэн шен.

– А?

Я выпрямляюсь и удивлённо смотрю на Волка.

– Вэн шен63, – повторяет он. – На китайском.

– Ты знаешь китайский?

Вспоминаю, что он явно понял, как Нурай обозвала Айдара тогда.

– Точно, ты знаешь.

– Не сказать, чтобы знаю. Скорее общие фразы, чтобы можно было спросить дорогу или что сколько стоит.

– И что означает «‎вэн шен»?

– Рисунок на теле. Наносится при помощи иглы.

– Рисовать иглой на теле? – Не уверена, что из этого ряда слов удивляет меня больше. – Это больно?

– Терпимо.

Кажется, я опять задаю слишком много вопросов. Мне хочется спросить ещё, но я замолкаю и впериваюсь взглядом в огонь.

– Ну и? – Арлан легонько толкает меня плечом. – Чего замолчала? – И снова толчок. – Спрашивай.

– Ты же не любишь, когда я болтаю.

– Привык, наверное.

Это заставляет меня усмехнуться.

– Последний вопрос, – говорю я. – Что там изображено? Я так и не смогла разглядеть.

– Мой ру. Волк.

– Почему?

– Чтобы не забывать, кто я.

Мне нравится слушать его спокойный размеренный голос. Мы просидели так около часа, просто разговаривая. Но Айдар не вернулся. Арлан сходил проверить его на берег и нашёл мирно уснувшим на песке. Акку пришла к нему и легла рядом. Мы решили его не трогать.

***

Арлан будит меня перед восходом солнца – я всё же задремала. Нурай говорила, что я могу использовать свой скрывающий покров в бою. Поэтому она просыпается вместе с нами на утреннюю тренировку. Воин, воровка и змейка. И когда я успела привыкнуть к своему прозвищу, данному мне Арланом?..

– Ты можешь быть невидима глазу, но видима для ушей.

Мы присаживаемся немного отдохнуть на камнях после разминки прежде основной тренировки.